Мое второе экстренное кесарево сечение

 

В определенных кругах на просторах Интернета бытует мнение, что кесарево сечение – это легкий вид родов, и те, кто выбирает его, «слабаки», и «недоженщины».

Конечно, с точки зрения процесса покидания ребенком матки, кесарево сечение быстрее и безболезненнее, т.к. под наркозом. Однако не стоит забывать о том, что это полостная операция, которая затрагивает многие слои, и женщине с маленьким ребенком невозможно выделить необходимое для полного восстановления время, как это происходит после другой полостной операции.

Поэтому я решила максимально подробно рассказать о том, как проходит такая операция и что испытывает женщина. В том числе, мне кажется, будет полезно почитать и беременным, дабы быть готовым и к такому исходу родов, если врач примет решение в процессе, что естественные роды не могут пройти.

О том, что было до начала операции, я рассказываю в посте «Мои впечатления о родах в 68 роддоме»

Итак, к 6 утра 29 апреля стало понятно, что естественными родами процесс не закончится, и мы стали готовиться к операции.

Если я правильно оценила, операционная в 68 роддоме одна. И тогда я поняла, почему так активно отправляют на плановое кесарево. В случае нескольких экстренных операций, кого-то можно просто не успеть спасти… Ведь операция совсем не быстра, по крайней мере у меня она длилась около полутора часов.

Лёжа на каталке перед операционной, я размышляла о том, как проведёт операцию не сильно расположенный лично ко мне врач после 22 часов сумасшедшей смены… Молиться я особо не умею, поэтому просто взывала ко всем моим и Кристининым ангелам-хранителям.

И вовремя вспомнила практику благодарностей за будущее. По ней можно благодарить за то, что ещё человек не сделал. Вот я и проговаривала про себя: “Благодарю врача, за то, что она профессионально провела операцию, за то, что она сделала все как хороший специалист, а не уставшая женщина,” – и т. д.

Мозг был таким образом занят и не наполнялся переживательными мыслями.

Второе кесарево по ощущениям намного дольше и больнее. И в первый, и во второй раз ставили спинальную анестезию (в принципе, это и было моей основной причиной отказа от эпидуралки, было понятно, что вероятность кесарева очень велика,и я не понимала, зачем мне нужно целых два наркоза). При такой анестезии, ты понимаешь, что с тобой что-то делают, но боль не сильная (по крайней мере на этапе разрезания).

Резали по старому шву, поэтому дольше, чем в первый раз. И в 7.33 я услышала голос Кристины. Он был явно не такой громкий и требовательный, как у Виктора, но главное — он был, за что я мысленно сразу же поблагодарила всех наших Ангелов. У меня во вторую беременность намного больше страхов было относительно исходов родов, чем с Виктором, когда я просто мало чего знала о разных сценариях прохождения беременности и родов.

Пока меня начали зашивать, неонатолог проверила дочку, и сказала, что уносит ее в реанимацию, потому что дыхание нестабильное и может понадобиться вентиляция легких. В такой ситуации ни о выкладывании на живот, ни о прикладывании к груди речь уже не шла. Хотя ко мне до сих пор захаживают мысли, что надо было попросить хоть на секунду приложить ее к груди и дать хоть милиграммчик молозива. Но на тот момент мы ограничились поцелуем в нос, неонатолог сказала мне, что в отделение реабилитации можно приходить ежедневно с часу до двух, и унесла Кристину.

А у меня начался процесс почти часового зашивания. В какой-то момент мне казалось, что меня зашивают вертикально, потому что было ощущение, что они перемалывают все органы и где-то уже очень близко к грудной клетке. И я спросила у доулы, уже державшей меня за руку, где шов. Она сказала, что горизонтальный, ниже пупка, по линии старого шва.

То ли я не помнила уже боль с первого раза, то ли окситоцина после Виктора был намного больше и притуплял боль, то ли в первый раз анестезия более сильной была, то ли просто во второй раз больнее все ощущается… в общем, я кусала простыню около лица и мечтала, чтобы это уже поскорее закончилось.

Что я выяснила уже потом: в 68 роддоме ставят скобы на шов. Не знаю, всем ли после операции или только после второго кесарева, но выглядит это ужасно, и эти скобы надо приезжать отдельно снимать через 7-10 дней после родов.

Снимали тоже болезненно — я думаю, это был прощальный привет от моего врача, потому что пара скоб была наполовину в коже и вытаскивалась только «с мясом». Девочка в приемном с огромными красивыми глазами и очень нежными руками очень сильно извинялась за то, что делает мне больно. Уточняла фамилию врача и спрашивала, по ОМС или по контракту я рожала.

Справедливости ради, надо сказать, что другим девочкам снимали быстро и безболезненно, так что видимо, это был действительно мой единичный случай.

Ну, а после операции меня перевезли в ПИТ (палата интенсивной терапии), предварительно поругавшись на мою не самую лёгкую конституцию: меня надо было перетаскивать с операционной кровати на каталку – половина тела ведь ничего не чувствует.

Но это были последние неприятные слова, которые я услышала в этом роддоме. Дальше все были очень милы и приветливы.

После любого кесарево маму помещают в палату интенсивной терапии (ПИТ) или палату реанимации, в которой женщина находится от минимум шести часов до 10-12 часов.

А в некоторых роддомах и пару суток, если в послеродовом аншлаг или если состояние женщины нестабильно. Я с Виктором лежала с 5.30 утра до 12 дня, в этот раз с 8.30 до 18.00, но только потому что никуда не торопилась – Кристину мне бы все равно не привезли.

В этой палате делают анализы (кровь, моча), смотрят за давлением и сердцебиением. Мамы в том же одеянии, что и на операции, то бишь в неглиже под одеялом. У всех стоит катетер, поэтому вопрос похода в туалет не возникает. В этой палате мамы отходят от наркоза, обычно это занимает 2-4 часа.

В какой-то момент приходит узист и проверяет внутренние органы. У нас был великолепный узист, который смотрел нас и приговаривал «о желчный пузырь есть, вам повезло. О, матка тоже находится, поздравляю!» А смеяться-то было очень больно.

Здесь же колют обезболивающее и прописанные другие лекарства, поэтому на первый день, конечно, больно, но все-таки достаточно терпимо. У меня в прошлый и в этот раз это были антибиотики курсом 5 дней, ну, и вдобавок к ним противогрибковые и противовоспалительные средства. В день, начиная с ПИТа, в меня вливали 4 разных шприца-капельницы, а вены все спрятались как назло. Так что если у будущих мам тоже не сильно легко находятся вены, то лучше заранее купить какое-то средство от синяков – у меня их был десяток на обеих руках.

В палате нас было трое, все по-разному реагировали на проведённую операцию.

У мамы, которой сделали кесарево сразу после меня, тоже была доула, и вот ещё одно большое преимущество партнёрских родов: доула принесла ребёнка в ПИТ, и примерно полчаса-час первенец мамы был с ней на груди, пока его доула не отнесла в детское отделение.

Маму, которую прооперировали в обед, я знала ещё по патологии. У неё, как и у меня, забрали ребёнка в реанимацию по той же причине – лёгочная недостаточность. Нас предупреждали, что после операции может быть сильный озноб, и это нормальная реакция организма.

На себе я это не сильно прочувствовала, но вот на этой соседке было очень видно. Я боялась, что она с кровати упадёт, так её колотило. И на неё плохо действовали обезболивающие, поэтому в какой-то момент она попросила «добавку», и ей сделали эпидуральную анестезию уже после операции, чтобы снять эти сильные болевые ощущения.

Правда, для этого нам всем троим пришлось громко кричать и махать руками – в ПИТе, на удивление, не оказалось «тревожной кнопки»... или она так надежно спрятана, что нам ее не было возможности найти.

В первый день после операции нельзя ничего есть в принципе, и особо не хотелось. А вот пить надо – в идеале за время пребывания в ПИТе литр — полтора. Поэтому с собой надо взять воду из родовой или попросить принести из ваших пакетов.

И ещё одну вещь забыла по самой операции — на неё неплохо бы брать с собой компрессионные чулки или гольфы. У меня были с собой гольфы, в которых я летала в третьем триместре.

В 29 роддоме в реанимации разрешали пользоваться телефоном, в 68 это запрещено.

Но мне разрешили послать эсэмэску, а то никого не предупредила, что поехала на кесарево, и если бы я потом 10 часов на связь не выходила, то моя семья бы с ума сошла.

Меня перевели в ПИТ как раз когда в 9 утра началась новая смена, все были выспавшиеся и спокойные, и после неприятной атмосферы в родовой здесь было как будто снова возвращение в нормальное человеческое общение с врачами.

Очень я благодарна Шереметьевой Ирине Николаевне и Жанне Фатимовне за эти 10 часов в палате. С 9 утра у меня была чёткая цель, которую я сразу же заявила Ирине Николаевне: “Я хочу к часу оказаться в реанимации новорождённых”. Она, конечно, сказала, что это нереально: через четыре часа после операции встать с кровати. Но она же не знает маму-энерджайзера. Я верю сама и всегда всем говорю, что энергия дается под цель. Поэтому как только начал отходить наркоз, я, памятуя первый опыт кесарева, начала делать упражнения: двигать ногами, поворачивать их налево-направо. И к часу дня в принципе я была физически готова спуститься с постели и перейти на кресло. Что из этого получилось и о реанимации новорождённых в 68-м роддоме я написала отдельный пост.

Из ПИТа в 6 вечера на каталке меня отвезли в отделение на 1 этаже (это не послеродовое, оно как-то по-другому называется), но, видимо, когда много мам, то туда переводят всех тех, кому на третьем этаже места не хватает. Там палаты и на 3, и на 5 человек, меня поселили в огромную палату, разделённую на три перегородками из стеклопакетов. То есть в моей палате были 2 кровати, а справа и слева были палаты по 3 кровати. Хорошо, что заняты они были не все, а то крики семи детишек было бы нелегко перенести, особенно без своего под боком.

На первом, как и на всех остальных этажах 68 роддома, туалеты и душ на этаже, поэтому разминка после кесарева обеспечена на 100%. Зато за едой не надо идти, как в 29 роддоме, ее тут привозят в палаты.

На этом этаже меня встретила очень приветливая сестричка Алсу, все рассказала-показала, и тут я снова порадовалась сердечности персонала.

Очень необычно было лежать в палате без ребёнка, но я ведь надеялась, что это ненадолго, поэтому насколько это было возможно среди младенцев, решила пока выспаться.

Но спала я на самом деле не сильно хорошо, потому что детки всё-таки плакали в палате, и я просыпалась. И большой сюрприз меня ждал с утра: я поняла, что встать с кровати безумно больно. Все обезболивающие отошли, за ночь тело расслабилось, и если после первого кесарева деваться было некуда — ребёнок кричал и надо было вставать, то здесь без такого активного мотиватора я вставала с кровати по полчаса. Пока собиралась с мыслями, пока начинала двигать ногами, пока хваталась за перила кровати и поднимала свой корпус.

Этот второй день был намного больнее, чем первый, и тут я уже не бегала, а «ползала», опираясь на стеночку. Но меня грела мысль, что к часу я смогу дойти в реанимацию и забрать своего ребёнка к себе. Этого не случилось, подробности описаны в посте «Что мне помогло не сойти с ума от тревоги за ребёнка в реанимации».

Таким образом, первые 10 дней после родов ребенка рядом со мной не было и я поставила себе одной из целей – как можно более быстрое восстановление.

Что помогло моему восстановлению после кесарева сечения:

  • движение. Без ребенка его тяжелее себе обеспечить, но необходимо, иначе процесс затянется;
    послеоперационный корсет – надо выбирать такой, который подходит, в том числе и после кесарева. Он помогает распределять нагрузку и снимает давление на шов;
  • слабительные средства, типа мини-клизмы или глицериновых свечей. После операции практически нереально напрягать внутренние органы, поэтому с собой здорово иметь свечи, чтобы не чувствовать жуткую тяжесть в кишечнике;
  • определенное питание. Хоть малыша и нет под боком, хорошо соблюдать определенную диету, позволяющую не перегружать организм;
  • витамины. Я после первого кесарева не думала о них и чувствовала себя первые полгода достаточно вымотавшейся, как потом оказалось, из-за дефицита железа. Поэтому в этот раз я после консультации с врачом-гематологом Анастасией Арсеневой начала пить поливитамины и препараты железа. Чувствую себя в разы лучше в этот раз.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подпишитесь на рассылку и получите чек-лист "88 способов быстро взбодриться" в подарок