Реанимация и неонатологическое отделение ГКБ 13. Наш опыт в мае 2018

Кристину из 68 роддома отвезли в Реанимацию Новорожденных при 13 ГКБ, она считается одной из самых хороших в Москве, поэтому я не стала пытаться переводить ее куда-то в другую больницу, где есть доступ родителей в реанимацию. Здесь по состоянию на май 2018 года было жестко с посещениями: час в неделю, в субботу с 11 до 12 часов. И врачи не сильно приветствуют нахождение в боксе весь этот час: нам через 10 минут предложили уйти, насмотрелись ведь.

Мне повезло, что меня выписали из роддома в четверг, и через день уже можно было доехать до Кристины.

В 13 ГКБ реанимация и неонатологические отделения находятся в отдельно стоящем двухэтажном здании. На входе охранник – отправляет в гардероб переодеваться. Там дают халат, бахилы, и нужно за 10 руб купить одноразовую шапочку и маску. После этого проходим в реанимацию – длинный коридор и входы в боксы с детьми.

Люсьен не очень сильно рвался идти со мной в бокс Кристины.

Когда я стала спрашивать подробнее почему, оказалось, что не стремится ее увидеть, так как опасается «войти в круг стресса». Он считал, ему было проще абстрагироваться от чувств, пока он не видит ее. Видимо, он представлял себе Кристину в реанимации достаточно страшной картиной и боялся, что он войдёт в переживания и таким образом потеряет способность трезво мыслить. Моя эгоистичность, а может быть, мой здравый рассудок сказал: “Нет, дорогой, это наш общий ребёнок, и мы оба будем нести этот стресс”. До тех пор я видела Кристину единственная в семье, и то только час в общей сложности, и, конечно, мне нужно было, чтобы он разделил со мной эти чувства. И при этом я понимала, что мы не увидим ничего такого, что лишит его способности трезво мыслить. И в результате оказалось, что все было правильно.

Он влюбился в неё с первого взгляда, увидел, какая крошечная и беззащитная.

И в реанимации, как я и предполагала, ничего страшного с ней не было – она лежала в кювезике и спала. В боксе рядом с кювезом Кристины был ещё один ребёнок, и в палате была жуткая жара. Через минут пять вошёл заведующий отделением – Щиенко Валерий Иванович. Именно с ним я говорила по громкой связи через телефон Люсьена из роддома. Он повторил диагнозы, а также сказал, что Кристина в стабильном состоянии и что в понедельник отделение закрывают на мойку. Поэтому при сохранении её состояния её переведут в неонатологическое отделение, а если за выходные что-то случится, то ее перевезут в другую реанимацию.

Он отдал, по моей просьбе, нам справку о рождении Кристины для оформления документов (почему это важно, я написала вот в этом посте) и сказал, чтобы мы приезжали в понедельник к часу дня уже в детское отделение. Также сказал то, что мне уже в группе «Про Мамское» мамы написали, что в отделении есть платная палата для мам за 2 000 руб. в сутки, которая позволит мне оставаться в больнице на все время.

На неё я и настроилась и когда ехала в больницу в понедельник уже взяла с собой все вещи для того, чтобы остаться там на необходимое время – минимум на неделю. Ехала в больницу я с настроем быть спокойной и послушной мамой. Я понимала, что вряд ли в больнице будет естественное отношение к взращиванию детей, но моей задачей является как можно скорее выйти оттуда с максимально здоровой Кристиной, а потом, когда мы вернёмся уже домой, то будем входить в тот режим, который я считаю для своего ребёнка правильным. И это было важное решение, потому что я видела потом, как мамы борются с ветряными мельницами, пытаясь переубедить врачей и сестёр, и теряют ещё больше энергии.

Итак, в понедельник, 7 мая, мы приехали днём, лечащим врачом Кристины оказалась заведующая неонатологическое отделением. Она мне очень понравилась, очень адекватная спокойная женщина, все спокойно рассказала: и об истории болезни, и о том, какие врачи уже смотрели Кристину, и о том, что ещё предстоит. Сказала, что сейчас кормят смесью, но уже с первого дня моего посещения можно будет дать грудь.

В палату прямо в понедельник не пустила, сказала приезжать все-таки на следующий день прямо к 8 утра, и провела меня в эту палату показать: палата на троих мам, в этой больнице это единственная возможность быть вблизи ребёнка больше, чем с 9 утра до 3 часов дня. В ней три кровати, телевизор, холодильник, отдельный туалет и душ. Все чистенько и аккуратненько.

Совместного пребывания в этой больнице нет вообще, и на мое удивление, и в этой палате часто есть свободные места, при том, что отделение рассчитано на 40 детей.

Вот мои доводы оставаться там, а не приезжать ежедневно на полдня в больницу:

  • нахождение в палате даёт возможность 5 дополнительных раз видеть, а следовательно, и кормить ребёнка самой;
  • дорога на метро от двери до двери у меня бы заняла почти 2 часа, то есть 4 часа ежедневной дороги спустя 10 дней после кесарева – не самое удачное восстановление;
  • дорога на такси туда-обратно стоила бы около 2 000 руб, то есть то же самое, что и пребывание в палате;
  • ну и, конечно, это было возможно благодаря тому, что у Виктора был сад и Люсьен мог один с ним справляться неделю. У многих мам старшие дети были ещё маленькие или, в случае многодетных семей, семья не могла долго оставаться без мамы, поэтому не всем такой вариант подходил.

Далее до конца поста я максимально подробно рассказываю о буднях мам в этой больнице так, как они выглядели в мае 2018. Мне очень помогли рассказы бывавших там, и я хочу поделиться опытом с теми, кто (не дай Бог) тоже окажется с ребенком там.

Итак, во вторник, 8 мая, я приехала рано утром в больницу. Приезжать надо к 8 утра, самое позднее к 8.30, потом могут не пустить. Рядом с гардеробом измеряют температуру, отмечают, кто пришёл.

В гардеробе оставляют верхнюю одежду и обувь и получают ключик от персонального шкафа в соседней комнате. Там переодеваются в свои футболки-штаны, надевают принесённые с собой маски и шапочки и поднимаются на второй этаж.

Первое место, куда мы попадаем на втором этаже – кухня. С 8 часов там уже находится много мам, которые кипятят молокоотсосы, завтракают и ждут первой возможности в 9 утра встретиться со своими малышами.

Мамы с вечера накануне сцеживаются, а утром приносят это молоко в банках с наклеенной фамилии ребёнка. Это молоко потом стерилизуют и ребёнку выдают в те кормления, когда мамы нет рядом. Если хватает на все кормления, то ребёнка кормят только молоком, если нет, то добавляют смесь. Поэтому очень важно сохранить было ГВ и стараться сцеживаться с каждым разом все больше, несмотря на все переживания.

Для мам, которые пришли в первый раз, сестра-хозяйка проводит по отделению экскурсию. Мамы получают стерильные халаты, в которых, наверное, ещё наши бабушки ходили. Он выдается раз в неделю, и раньше его никто менять не даёт.

В свободное время каждый ходит в своей одежде, а когда мы заходим в палату к детям, то надеваем его. В отделении есть комната для сцеживания, туда приходят все мамы перед каждым посещением малышей. Комната метров 10, мам – человек 30. О приватности можно абсолютно забыть. Десятки оголенных грудей и молокоотсосов. Сейчас вспоминаю, думаю – диковато ведь. Но тогда на фоне того, что твоего ребёнка уже выписали из отделения реанимации и перевели в отделение выхаживания – такой абсолютно неинтимный процесс сцеживания воспринимается как необходимая данность. Практически все сцеживаются, потому что части детей ещё нельзя давать грудь, а те, кто уже сосет, все равно за 15-20 минут не успевают высосать из груди свою норму. Поэтому почти всех докармливают из бутылки.

Находясь в этом отделении, я задвинула все свои мысли и знания о естественном взращивании детей на задний план. Просто по той причине, что если там и об этом тоже думать, то можно собрать дополнительную кучу переживаний.

За детьми там очень хороший уход, однако по схеме, по которой ухаживали за новорождёнными лет 30 – 40 лет назад.А именно: пеленают, правда, плотное пеленание практикуют только на дневной сон-прогулку (в 4 часа открывают окна) и на ночной сон, а в остальное время – свободное пеленание; кормят из бутылочки с жёлтыми сосками с огромной дыркой.

Кормление здесь чётко по часам, каждые 3 часа. И вот в таком трёхчасовом режиме живут и мамы.

К 9 часам утра мамы с бутылочками со сцеженным молоком выстраиваются в очередь к лечащему врачу своего ребёнка проверять руки и горло. Руки должны быть аккуратными и ногти без лака. Горло должно быть чистое. Это логично, хоть и обидно, потому что в одном боксе лежит до шести детей, и можно заразить не только своего, но и ещё пять других детишек. Соответственно, с девяти до десяти утра примерно мы находимся в палате.

В чем особенность 13 ГКБ, которой они гордятся – мам, как в роддоме, учат уходу за ребёнком. Сестра ответственна обычно за два бокса, новым мамам она показывает, и как пеленать, и как подгузники менять, и как брать на руки ребёнка, и подмывать его под краном. А потом и как кормить из бутылочки или грудью, и как купать в ванночке. Ведь почти все дети переводятся сюда сразу из реанимации, и мамы только здесь получают первый шанс познакомиться со своим малышом. За час нахождения в боксе детей распеленывают, подмывают, взвешивают, кормят грудью, снова взвешивают, докармливают, запелёнывают, и около 10 утра мамы оставляют детей спать, а сами уходят кипятить молокоотсосы снова и тоже отдыхать.

Около 11 на кухню приносят второй завтрак, в основном это фрукты и печенье. Надо отметить, что в отделении нет особого стола для кормящих мам – то есть приносят еду, одинаковую для всех пациентов больницы. Очень вкусную по сравнению с роддомом и больницей 9, где я побывала в июне , но не всегда разрешённую по строгим канонам кормящих мам.

Поэтому нужно для себя принять решение: что вы едите тут, а что вы покупаете и приносите. На первом этаже есть несколько зон для отдыха мам с диванами. Кто-то тут отдыхает, другие сидят, болтают на кухне и где–то полдвенадцатого снова начинают готовиться к второму кормлению детей. Мам, детей которых уже можно купать, заходят пораньше, и с помощью сестры моют своих детей в детской ванне, ну а потом все повторяется, и в час мамы идут обедать, кипятить молокоотсосы и отдыхать.

С часу до двух у лечащего врача можно получить справку о состоянии ребёнка. В три часа это повторяется ещё раз, и после этого мамы, которые не живут в палате при отделении, уезжают домой, а у нас эта история продолжается до следующего утра: посещения в 18, 21,24 часа и потом в 6 утра. Теоретически можно было и в 3 часа просыпаться, но на это сил уже не хватало.

Около 5 часов вечера приносили ужин, затем все врачи уходили, оставалась только дежурная смена сестёр. Прогулки не особо приветствуются, но мы выходили в аптеку и магазин за едой и просто прогуляться по территории больницы.

В свободное между посещениями детей время я спала, раскрашивала свои антистресс раскраски и сортировала фотографии, а также прошла консультацию у Насти Арсеневой и стала пить витамины, выходила посмотреть на чудесные цветы на территории и разок на «свиданку» с мужем.

Я очень благодарна врачам и сёстрам 13 ГКБ за то, что моя дочь здорова и бодра.

Особенная благодарность самым душевным сёстрам в нашем боксе Елене Семёновне и Татьяне Николаевне. И гардеробщице Зинаида за ее душевность и внимание ко всем мамам. Ну, и конечно, нашему лечащему врачу – заведующей неонатологическим отделением N2 Булановой Татьяне Николаевне.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подпишитесь на рассылку и получите чек-лист "88 способов быстро взбодриться" в подарок